Татьяна, вы же не из Одессы, правда?

Именно так, родилась я в Новой Каховке, в возрасте двух лет родители переехали со мной в Одессу Я была болезненным ребенком, теплый морской климат мне больше подходил. Таким образом я выросла в Одессе. В семье геолога и врача психиатра. Мама была на дежурствах, а папа часто в командировках. Но они тем не менее умудрялись держать меня в ежовых рукавицах. Я окончила одесскую муз. школу, театральный класс, стала КМС по прыжкам в высоту — так сказать использовала возможности южной столицы по полной программе.

Драмкружок, кружок по фото, мне еще и петь охота?

Да! На скрипке играть трудно, и, попросту, это не мое, но муз.школу я окончила, не бросила. Завершать начатое я научилась рано. При этом я прогуливала уроки.


Директор школы говорила с южным акцентом  моим родителям: «ей повезло, що она «хваткая», а то была бы двоечница. Хулиганка ваша Таня»


Вы уже в школе были с характером?

У меня был характер как у парнишки, дружила толькос пацанами. Из подруг у меня была только Аня Шафажинская, с мы ней жили в одном доме, сидели на уроках вместе, вместе перешли в театральных класс. Сейчас она дает выступления на лучших оперных сценах мира. Мы с ней хулиганили вместе, и в аттестате у нас обеих оценка за поведение — удовлетворительно.

Вы уже в школе знали, кем хотите стать?

Гора пришла к Магомету. После 8го класса, в начале профориентации, я выбрала театральный класс за компанию с подружкой, с той же Аней Шафажинской. Кто-то один раз в неделю ходил на фабрику, учился на швею или кузнеца, а у нас был театр.


папа научил меня любить театр и хорошее кино. мы часто с ним сидели одни в зале на фильмах Куросавы или Тарковского.


В тот год, когда мы оканчивали школу, А. Баталов начал набирать во ВГИКе украинско курс. Нас, естественно, позвали на Одесскую киностудию на первый тур. Принимали известные педагоги со студии Довженко. У нас была Ада Роговцева, на второй тур уже из Москвы приехал Александр Всеволодович Кузнецов, который стал мне вторым отцом, научил моих детей любить книги… Ему я посвятила свой фильм. Он ушел в прошлом году. Но он был в курсе, что я снимаю, и читал сценарий. Моего героя в картине зовут Александр Всеволодович… Третий тур был уже в Москве, и я поехала.

И поступили во ВГИК?

Когда я приехала, уже многих отправили домой. Конкурс был около семи ста человек на место, но мне повезло, я поступила.

“Гардемарины, вперед!” смотрела вся страна. Успех был колоссальным. Вы это сразу ощутили?

На самом деле нет.  Я прекрасно помню то время. Беременная Агнией, приехала в Одессу, и мы смотрели фильм с мамой. Тогда мама сказала, что гордится мной. До этого она считала, что актерство – несерьезная профессия, хотела, чтобы я стала врачом. . На следующий день после показа первых серий, я долго, тщательно расчесывалась, думала: выйду, меня же все узнавать начнут. Вышла, прогулялась, прокатилась в трамвае и… меня никто не узнал. “Как же так, где же слава?!” – подумала я. А потом мне стало смешно, и я успокоилась на всю жизнь.

Что было дальше?

Дальше меня заметили, начали звонить достаточно часто, хотя я и жила в Литве. В декрет ушла, родила, потом сидела с ребенком. Уже наступили девяностые, непростые времена для кино, снимали все те, у кого были деньги. А мэтры сидели без работы. Может, и хорошо, что я в это время работала в театре в Литве. Когда распался СССР, там начали тосковать по нашему кино. И у меня родилась идея — проводить в Вильнюсе фестиваль «Живое кино». Это был камерный фестиваль, приезжали Герман, Абдрашитов, Тодоровские старший и младший много раз были, Рогожкин, дважды была Кира Муратова. Отличный и теплый был фестиваль, я проводила его шесть лет подряд.

– Вас не раздражает, что ваше имя многие до сих пор связывают именно с этой ролью?

как можно?! Я и не считаю, что сыграла в “Гардемаринах” гениально, но не зря же говорят, что это моя знаковая роль. Отлично, что она у меня есть. А время съемок было таким замечательным, я чувствовала так легко, будто крылья появились. Я юная совсем, только заканчиваю ВУЗ, и здесь такое везение. 21 год, первый в жизни съемочный день, и я впервые вхожу в кадр, вся трясусь,  ничего не понимаю и только слышу голос режиссера: “Быстрее, быстрее!” Я бегу, а меня уже ждет Боярский в шляпе. Фантастика что в первом же фильме я познакомилась с такими великими людьми, как Евстигнеев, Стржельчик, Гундарева, Римма Маркова. Я много лет искренне говорю Светлане Дружининой спасибо за то, что она поверила в меня, никому не известную девчушку.